Оперативный мониторинг ооо квс и квс напоминает абонентам о дистанционных способах передачи показаний счетчиков

Самовольная врезка в городские водопроводные коммуникации — по своей сути воровство. Воровство у своих соседей и вообще тех людей, которые добросовестно оплачивают поступающую к ним в дома питьевую воду.

На какие только хитрости не пытаются идти некоторые граждане, чтобы скрыть факт незаконного подключения к водосетям — засыпают колодцы землей, строительным мусором, делают бесколодезные врезки, ставят поверх подключений автомобили. Все эти ухищрения легко раскрываются с помощью современной специализированной техники. Какие только аргументы не приводят самовольщики, когда оказываются раскрытыми. Чаще всего — «вода в Волге бесплатная», при этом граждане лукавят, поскольку пользуются не просто волжской водой, которую они самостоятельно принесли домой в ведре, а тем ресурсом, который с помощью насосного оборудования был доставлен на очистные сооружения, обеззаражен и уже после водоподготовки поступил в краны жителей города.

Самое отвратительное в подобных историях, что уличенные в воровстве граждане порой полностью уверены в своей правоте. Их не смущает, что из-за их действий мог быть нарушен гидравлический режим работы сетей в домах их соседей, что из-за упавшего давления воды в трубе могло при необходимости, например, не сработать пожарное оборудование. Кроме того, такие граждане иногда агрессивно ведут себя по отношению к сотрудникам коммунальных предприятий, в чьи обязанности входит наведение порядка в вопросах подключения граждан к водопроводным сетям.

О данной работе в очередном выпуске совместного проекта ООО «Концессии водоснабжения — Саратов» и Telegram-канала «Саратов коммунальный» рассказала инженер инспекции водных ресурсов предприятия Ольга Аксенова.

Абоненты ООО «Концессии водоснабжения — Саратов» могут задать любой интересующий их вопрос по единому круглосуточному телефону контакт-центра компании (8452) 32-00-00. Ранее прием обращений был разделен между диспетчерской службой и центром по работе с абонентами. С апреля сообщить об аварийной ситуации на коммуникациях, подать заявку на опломбировку приборов учета или получить информацию о подключении услуг КВС можно по указанному выше номеру.

ООО «Концессии водоснабжения — Саратов» напоминает своим абонентам о возможности дистанционной передачи показаний приборов учета. Компания призывает своих абонентов не пренебрегать данными рекомендациями, и соблюдать режим «самоизоляции».

Для потребителей сохраняется возможность передать показания с помощью:

— СМС-сообщения на номер 8-937-265-33-43 формат: номер Лицевого счета#ХВС-111# (где 111 показания прибора учета);

— автоответчика (8452) 39-07-17 (круглосуточно) формат: номер Лицевого счета, показания ИПУ.

Также с недавнего времени для потребителей стало доступным передавать показания приборов учета через мессенджер Viber. Для доступа к сервису абоненту необходимо:

или считать QR код, размещенный на сайте СарРЦ (

— ввести сообщение «Передать показания»;

— следовать инструкциям на экране.

Дистанционные способы передачи обращений и документов:

— Онлайн-приемная для абонентов ООО «Концессии водоснабжения-Саратов»; (

Дистанционные способы получения консультаций:

Также для потребителей остаются доступными пункты приема платежей ООО «Платёж Центр», адреса и график работы которых можно посмотреть здесь (https://xn--80a6aab2a.xn--p1ai/news/set-punktov-priema-platezhey-platezh-tsentr-vozobnovlyaet-rabotu-/)

Напоминаем, задать любые вопросы абоненты могут в Контакт-центре компании по телефону: +7 (84-52) 32-00-00.

В Саратове уже больше двух лет водоснабжение обеспечивает не муниципальное предприятие, а частная компания-концессионер. И если о “Саратовводоканале” журналисты писали часто и с упоением (главным образом о долгах, авариях и прочих проблемах предприятия, которые казались неразрешимыми), то вот о “Концессиях водоснабжения – Саратов” информации сравнительно мало. И это притом, что при переходе к новой модели управления водопроводным хозяйством было сломано столько копий и только ленивый удержался от скепсиса – мол, придут, тарифы поднимут, а ничего сделать не смогут. Интервью “СарБК” стало для директора КВС Сергея Журавлева первым. По его словам, неразрешимых проблем у водоканала нет, а большинство вопросов было связано с неэффективной организацией.

“Первым делом изменили производственную систему”

Сергей Александрович, с момента подписания концессионного соглашения и начала работы КВС в городе прошло больше двух с половиной лет. Горожане, конечно же, судят по работе организации по авариям и отключениям воды. По моим ощущениям, острых аварийных ситуаций, по крайней мере, в той части города, в которой я бываю регулярно, стало меньше. И вообще поток жалоб значительно сократился. А как видится ситуация изнутри компании?

— Для начала давайте разведем два понятия – авария и повреждение. Согласно закону 416-ФЗ, авария – это отключение потребителя от системы водоснабжения на срок больше 8 часов. И аварийность является одним из индикаторов нашего концессионного соглашения. Плановый показатель на 2018 год был установлен в 2,9 аварии на километр сети, в 2019-м – 1,9, в 2020-м – тоже 1,9. По факту количество аварий было 0,9 в 2018 году, 0,8 в 2019-м, в 2020-м — в пределах 0,7-0,8. То есть по количеству аварий ситуация в два раза лучше того, что установлено соглашением.

Для потребителя значимыми являются два направления в работе КВС. Первое — это отключение. Для граждан, если воды нет больше 8 часов, — это катастрофа. Потребителю важно, чтобы вода была или утром, или вечером. По сути говоря, в сутки есть два периода пикового потребления воды. Если ее нет в то время, когда человек спит или на работе, то он относится к ограничениям более-менее спокойно. Поэтому график работы бригад мы стараемся синхронизировать именно с распорядком большинства горожан. Они начинают работы около 9 часов утра и в 18-19 заканчивают. Бригады едут на пересменку в 8 часов вечера. Следующие работы, связанные с отключениями, проводятся уже в 22-23 часа, когда в жилых домах потребление почти нулевое.

“Концессии” первым делом изменили производственную систему устранения аварий, которая практиковалась в “Саратовводоканале”. Если брать статистику по повреждениям, за последний год среднее время их устранения снизилось с 21 до 18 часов. Что было до прихода концессионера? Среднесуточное количество повреждений составляло 90-100 штук, бригады не успевали их устранить, остатки переходили на другой день. При этом статистика не учитывала мелкие повреждения, их могли и не устранять. По итогам 5 месяцев этого года среднее количество повреждений на сетях составило 18,5 в сутки. Мы просто-напросто успеваем эти дефекты ликвидировать за 18 часов. Соответственно, и восприятие и у населения, и у власти, и у СМИ другое. Более того, мы наконец дошли до того момента, когда мы можем устранять даже повреждения на бесхозных сетях, потому что вода из них течет все равно наша.

На наш взгляд, ситуация на сегодняшний день абсолютно управляемая. Самое главное, что мы понимаем, контролируем ситуацию и способны оперативно все аварии в городе устранить.

Можно ли провести границу — какая часть ваших ресурсов и времени уходит на “латание дыр”, а какая — на плановую замену сетей?

— Такое разделение провести достаточно легко. У нас ежедневно вместе с ремонтно-строительным участком работают 23 бригады. Из них 4 занимаются перекладкой сетей. Таким образом, примерно 20% времени уходит на плановые работы. С 1 января мы создали ремонтно-строительное управление, сформировали 3 бригады, которые занимаются плановыми работами. С 1 апреля добавили еще одну бригаду – ремонтно-восстановительный участок, цех водопроводных сетей. Шесть бригад у нас прошли обучение в “ГипроНИИгазе”, с июля еще по 3 бригады в смену смогут выходить на плановый ремонт — замену стальных трубопроводов на полиэтилен. Это будут смешанные группы, которые смогут и аварии устранять, и в свободное время заниматься перекладкой.

Сейчас мы сами занимаемся перекладкой труб диаметром до 300 мм, не привлекая подрядчиков, сами устанавливаем оборудование. Это экономит время, силы, деньги, упрощает дальнейшее обслуживание. А учитывая дороговизну благоустройства после вскрышных работ в городе, стараемся применять бестраншейный способ прокладки.

Мы стремимся создать долгосрочную систему, которая позволит в течение определенного времени привести водоснабжение в нормальное состояние. В этом году планируем в общей сложности переложить порядка 30 км водопроводных коммуникаций, но этого мало. Чтобы привести водопроводный комплекс к идеальному состоянию (не более 2-3 утечек в сутки), необходимо ежегодно на протяжении 10 лет менять не меньше 80 км коммуникаций. Таких денег на производственную деятельность мы не имеем. Затраты на капитальный ремонт практически не учтены в тарифе – как следствие по аварийности на водопроводных сетях Саратов на последнем месте в ПФО. На мой взгляд, больше двух-трех утечек в сутки – это уже ЧС. Со временем немного привык к цифрам, но все же без увеличения финансирования этой деятельности ситуацию не исправить. Состояние систем водоснабжения и водоотведения прямо пропорционально уровню тарифов. Только на перекладку водопроводов диаметром 100-200 мм ежегодно нужно не менее 200 млн рублей, в 2020 году мы потратим на это 50 млн.

Не могу не спросить про чопики. Ранее говорилось, что вы категорически запретили сотрудникам КВС их использовать. Но в соцсетях периодически появляются фотографии с мест аварий, на которых запечатлены все те же деревяшки. Так все-таки, чопики по-прежнему используются?

– У нас жесточайшим образом запрещено использовать чопики и оставлять трубу после такого “ремонта”. Каждую аварийную ситуацию в режиме онлайн контролирует диспетчерская, и закрывает ее при условии, что устранение повреждения проведено качественно. Работники после устранения должны прислать фотоотчет, и на нем прекрасно видно, как они сделали работу. Например, если наваривается стальной стакан, он покрывается флюоресцентной краской, так что виден даже при съемке в полной темноте. Кроме этого способа для ликвидации течи мы используем хомуты. Чопики применяются, но только как средство избежать отключения при сварочных работах. Чопик забивается в свищ, опиливается, после чего сверху наваривается стакан.

Раньше как делали? Приезжали, чопик забивали и закапывали. Сколько он сидел там? Неделю, две, месяц, два – и дальше ехали туда снова. Мы ставим своей задачей снижение до нуля повторной работы по тому же адресу. Конечно, могут быть исключения, когда мужики готовы схалтурить, но у нас диспетчерская это строго проверяет. Для работника это означает лишение премии за некачественное устранение аварии, а уж тем более повторный выезд.

“Задача — не больше 2% пропущенных звонков”

Когда КВС только начинали работу, входили в этот круговорот постоянных аварий и порывов, говорилось, что компании не хватает бригад и техники. За это время штат предприятия и автопарк сильно изменился?

— В 2020 году мы приобрели 38 единиц техники, в том числе 5 новых экскаваторов, 8 “авариек”. Из МУППа нам было передано в аренду 148 единиц техники. Причем более 90 единиц из них мы заменили новыми, а заимствованную технику вернули муниципалитету. Ведь это вопрос экономической эффективности. Время устранения аварий не просто так улучшилось. На ежедневном оперативном совещании с утра мы контролируем два показателя – коэффициент технической готовности и коэффициент выхода. Когда выход техники менее 70%, то и утечки не устраняются и переходят на другой день.

Численность персонала в КВС не меняется уже третий год — это около 2 тысяч человек. Даже в условиях коронавируса мы никого не сокращали, не можем себе такого позволить. Более того, в долгосрочных планах у нас она тоже остается стабильной – стоит задача со временем переобучать аварийщиков, чтобы они смогли постепенно переходить на плановые работы. Возможно только небольшое уменьшение штата за счет автоматизации процессов на водопроводных повысительных насосных станциях.

Пришлось ли менять работу диспетчерской? Ранее к ней тоже было много претензий, в том числе из-за того, что она не могла справиться с валом звонков из-за повреждений.

— Я против того, чтобы диспетчерская занималась приемом заявок. Мы поставили эту задачу и выполнили ее за полгода. С мая прием заявок, общение с потребителями, в том числе не только по вопросам аварий, но и начислений и прочих взаимоотношений — теперь все это функция специального созданного контакт-центра, в который можно позвонить по телефону 32-00-00. Это единый телефон, по которому можно задать любые вопросы.

На сегодня перед контакт-центром стоит целевой показатель, чтобы не было очереди на линии — не больше 2% пропущенных звонков, и мы его выполняем. У нас в дневное время работают 5 операторов, которые принимают звонки и отвечают на все вопросы. Плюс они занимаются важной задачей, которую внедрили, которой не было никогда ни в МУППе, ни в КВС – это обратная связь. Мы закрываем заявки не по отчетам наших бригад, а по отзывам потребителей. И можем в режиме онлайн понимать, как меняется ситуация, какова реакция граждан на нашу работу. Мы два раза в день делаем срез по поступившим и выполненным заявкам. Думаю, эта система позволит потребителям еще лояльнее относиться к КВС.

Раньше функция контроля и исполнения находилась в одних руках. Мы посчитали необходимым этот функционал разделить, делегировать двум подразделениям разные задачи. Теперь у них присутствует здоровая конкуренция. Отделы контролируют работу друг друга, за счет чего удается добиться более высокой эффективности.

Больше проверок:  Единый реестр проверок фгос и статья 13.3. Единый чековый реестр

Функционал единой диспетчерской службы теперь немного другой. Эти сотрудники не общаются с внешним миром. Они видят все поступившие от контакт-центра адреса. Есть бригады, которые отслеживают эти заявки, подтверждают, что там есть течь, формируют схему привязки сетей и передают по функционалу сетевым цехам на устранение. Основная функция диспетчерской — управление режимами подачи воды, насосными станциями, контроль за работой бригад и т. д. плюс взаимодействие с коллегами из сетевых организаций и единой диспетчерской службой города.

“Выявили 300 бассейнов в городе”

Тяжелое финансовое положение “Саратовводоканала” всегда объясняли несколькими факторами. Первый — это неплатежи управляющих компаний и населения, второй — потери, третий — воровство ресурса. Очевидно, эти проблемы перешли к вам по наследству. Удалось ли здесь переломить ситуацию?

— Когда мы заходили на подписание концессионного соглашения, потери были более 50%. По итогам прошлого года они снижены до 39,5%, по итогам 5 месяцев этого — до 37%. Из них, по нашей экспертной оценке, коммерческие потери составляют в пределах 7-10%, остальное — технические.

По коммерческим потерям проще и понятнее. В этом отношении у нас нет проблем с коммерческими предприятиями, бюджетными организациями. Основные вопросы возникают к многоквартирным жилым домам (МКД). В Саратове насчитывается 1 973 дома, где нет возможности установить общедомовой прибор учета, т.е. они малоэтажные или признаны аварийными. Поэтому объективной информации о потреблении ресурсов по этим домам мы не имеем. Причем по этим домам и в квартирах стоит всего 57% приборов учета. Остальным 43% мы выставляем по нормативу с повышающим коэффициентом 1,5, и люди все равно не ставят счетчики. Возникает логичный вывод — если человек не ставит прибор учета даже с переплатой, значит, закон об энергосбережении не работает. Норматив занижен, и человеку не выгодно ставить прибор учета. По нормативу он платит меньше, чем он платил бы по счетчику, даже с повышающим коэффициентом.

По частному сектору оприборенность 58%, а в многоквартирных, где стоят общедомовые приборы учета, — 55%. То есть население четко разделилось: примерно 60% поставили счетчики, потому что по ним они платят меньше, а 40% принципиально не ставят их, и тенденции к установке нет. В этом случае вопрос коммерческих потерь лежит в плоскости регулирования. В законе 261-ФЗ написано: норматив должен носить стимулирующий характер. Сегодня этого нет.

С чем еще приходится сталкиваться? Это с позицией управляющих компаний, которые не торопятся ставить или поверять имеющиеся общедомовые приборы учета (ОДПУ). В Саратове 589 МКД не рассчитываются по ОДПУ, притом что у 446 – такие счетчики стоят. У приборов закончилась поверка, и собственники ее специально не проводят. Мы собирали данные: объем полезного отпуска по этим домам упал примерно на 10%.

Управляющие компании предоставили график по 314 домам, до конца августа они планируют их поверить. Проблемными остаются 132 дома, мы вынуждены подключать органы власти.

В 59 случаях управляющие компании принципиально не хотят устанавливать общедомовые счетчики, по 261-му закону мы направили им уведомление о том, что установим приборы учета за свой счет с рассрочкой для потребителей в течение 5 лет – это наше право.

А если говорить о частном секторе? Там-то, наверное, ситуация еще хуже.

— Частный сектор — это отдельная головная боль. Инспекция водных ресурсов бесконечно занимается обследованием. Выявили 300 бассейнов в городе, за которые никто не платил. Бассейны видны с Яндекс.Карт, а вот с банями сложнее. Чтобы их находить, покупаем квадрокоптер. Это смешно, но нам приходится это делать. В 43% случаев не установлены приборы учета, есть и врезки, даже там, где установлены приборы учета. Еще одна большая проблема, с которой мы столкнулись — это полив. С 12 июня среднесуточная прибавка потребления воды в городе составила около 40 тыс. кубических метров. Это приводит не только к увеличению потерь КВС, но и к росту аварийности на сетях, потому что мы вынуждены повышать давление в сети, чтобы обеспечить бесперебойное водоснабжение частного сектора и дачных поселков. За безучетное потребление выставляем санкции от 100 тысяч рублей. Так что пока эту проблему решаем только одним способом — контроль, контроль и еще раз контроль.

Вы говорите пока о коммерческих потерях. А если говорить о воде, утекающей из дырявых труб?

— С техническими потерями все сложнее, долгосрочнее и проблематичнее. С 1 февраля у нас работает отдел оптимизации режима сетей и сооружений — отдельное подразделение, которое заточено на поиск скрытых утечек. В мае нам поступила новая лаборатория, которая позволяет проводить диагностику сети. Плюс в задачу этого отдела входит обследование всех 20 магистральных водоводов. В этом направлении две задачи — быстрое устранение утечек и плановая перекладка сетей. Износ некоторых водоводов близок к 100%. Всем понятно, что 1 600 км невозможно переложить за 1-3 года технически, а тем более экономически. Мы подошли к ситуации, когда устранение аварий путем наварки стакана и установки ремонтно-соединительного хомута уже невозможно. Только в этом году аварийные бригады, устраняя утечки, уже поменяли внепланово 6 км трубопроводов. Сейчас стараемся делать так, чтобы в случае аварийных ситуаций время устранения было минимальным, как и зона отключения.

Какова ситуация с неплатежами? И насколько серьезно ее усугубил коронавирус?

— До марта мы шли с превышением плана по сбору, все было хорошо. И буквально за первую неделю ограничений потеряли порядка 20 млн рублей. Был не выполнен план апреля, мая. Фактический процент сбора за прошлый год составил 91,8%, в этом году мы намеревались довести его до 95%. УК стараются всеми способами уйти от оплаты за коммунальные услуги. Мы поставили себе цель работать только с добросовестными УК и ТСЖ, которые стопроцентно оплачивают коммунальные ресурсы. Со всеми остальными при наличии задолженности больше двух месяцев инициируем переход на прямые расчеты — в судебном порядке или добровольно, на основе протокола о собрании собственников жилья.

В конце марта-апреле была просадка по платежам населения в связи с тем, что государство отменило пени, и многие были уверены, что отменили вообще коммунальные платежи. В июне мы выполнили план по сбору с населения 28-го числа. Другими словами, население платит, а деньги не доходят через управляющие компании. И переход на прямые платежи — это единственный способ решения проблемы. С физлица ты всегда сможешь взыскать долг, а УК завтра создает своего клона с тем же адресом, тем же директором, но другим ИНН и “обнуляется”.

Мы поменяли и систему взыскания задолженности. Только за 5 месяцев этого года должникам отправили 23 тысячи СМСок, совершили 26 тысяч автоматических звонков, отправили больше 4 тысяч писем на электронную почту и 21 тыс. уведомлений о подготовке исковых заявлений. Наладили работу по взысканию задолженности через судебные приказы — 10 тысяч исков на сегодняшний день подали, до конца года планируем еще 20 тысяч.

“Значительно упало потребление воды промышленностью”

КВС как-то корректируют свои инвестиционные планы? Могут ли жители как-то на них повлиять, например, попросить переложить какую-то трубу раньше запланированного срока?

— Внесение изменений в Схему водоснабжения и водоотведения города возможно не чаще одного раза в год. На основании этой схемы меняется техническое задание инвестиционной программы. Корректировка происходит, прежде всего, по техническим причинам. Например, у нас довольно серьезно за последние 3 месяца выросла аварийность на водоводах диаметром 500 мм на ул. 1-я Пионерская, Буровая, Московское шоссе и других. Изменяется давление в водопроводе, и появляется необходимость менять некоторые трубы раньше. Из того, что ранее не было запланировано, мы включили только коллектор по новой набережной. Мы еще смотрим на работы, которые проводит администрация города. Нам выгодно идти параллельно, синхронизировать наши мероприятия с городскими. Когда мы можем исключить вопросы благоустройства из сметы, это сильно удешевляет стоимость перекладки. Например, мы поменяли сети на площади Кирова и понимаем, что там копать уже не будем.

Что касается водоводов малого диаметра, то мы их из инвестиционной программы исключили. С ними мы работаем в рамках производственной программы. Обращения жителей и районных администраций почти в ежедневном режиме идут из двух районов — Ленинского и Заводского. Мы сейчас перекладываем водоводы, на которых от семи аварий и выше. Выстраиваем график, исходя из внутренней статистики. В принципе, это соответствует тому, что сообщают жители — больше всего жалоб по тем трубам, на которых больше всего повреждений.

Инвестиционная программа же в основном состоит из объектов, которые стратегически связаны с обеспечением надежности водоснабжения всего города — магистральные водоводы от 500 до 1000 мм, коллекторы, сооружения.

Как раз если говорить о таких масштабных проектах, есть ли у КВС видение, как они будут осуществляться? Стоит ли жителям в ближайшем будущем ожидать каких-то массовых неудобств в связи с этим?

— Мы сейчас строим магистральный водовод диаметром 1000 мм длиной 6,5 км от насосной станции “Вольская” до Московского шоссе. В августе мы планируем ввести в эксплуатацию первый участок этого водовода. Мы должны установить специальную запорную арматуру, которая позволяла бы остальные участки вводить без ограничений. График мы составили, но, к сожалению, опять же вмешался коронавирус. Плановое отключение для замены арматуры мы хотели провести еще 20 апреля, теперь мы потеряли 2 месяца, сделали только 2 плановых отключения на Политехнической и Радищева. Новый график составлен на июль-сентябрь.

В этом году мы делаем акцент прежде всего на замене насосного оборудования на головных сооружениях. Причем в рамках разработки проектно-сметной документации мы ставим задачу проводить замену оборудования без отключения потребителей. На любой насосной станции есть резервное оборудование, так что производим модернизацию без отключений.

Город подошел к ситуации, когда принципиально изменилась схема водоснабжения, которая разрабатывалась в советское время. Мы объявляем конкурс на разработку технико-экономического обоснования (ТЭО) по водозаборным сооружениям, готовимся к реконструкции водопроводных комплексов ВК-2, ВК-3, станций 3 и 3А. Мощности водозаборных сооружений были рассчитаны на 600 тысяч кубометров воды в сутки. На сегодняшний день мы подаем воды 300 тысяч, по канализации принимаем 220 тысяч. Из-за этого нужно менять завышенные диаметры водоводов и т. д.

Стоит ли ждать развития сетей, появления централизованной воды у отдаленных поселков, где ее сейчас нет?

— Еще одно дело в ближайшей перспективе — в течение двух лет будет разработана гидравлическая модель подачи воды в Саратове. Мы должны найти узкие места и резервы. Где-то вывести из эксплуатации аварийные трубопроводы, где-то наоборот увеличить давление. После этого можно будет уже говорить о водоснабжении отдаленных территорий и т. д.

Если смотреть баланс, потребление воды в Саратове снизилось в 1,5-2 раза. В начале 2018 года – около 400 тыс. кубометров, сейчас около 300. К сожалению, значительно упало потребление ресурса промышленностью: если раньше соотношение населения и предприятий было 50 на 50, то теперь 80 на 20. Из-за этого мы практически отказываемся от технической воды.

Развитие системы водоснабжения в городе сдерживается в том числе и тарифообразованием. У нас, в отличие от госмонополий, нет льготных тарифов на подключение, потому что у нас в тарифы не включены инвестиционные затраты на обеспечение новых земельных участков инфраструктурой. Мы двумя руками за то, чтобы увеличить объемы и обеспечить инфраструктурой всех. Вопрос, готово ли остальное население города платить за тех, у кого нет воды? Это должны решить власть и население. Мы готовы к этому.

“В Саратове одни из самых низких тарифов”

Уточню: рост тарифов на воду происходит, как запланировано? Хватает ли вам этого роста?

— С 1 июля коммунальные платежи проиндексированы на уровень инфляции. А в концессионном соглашении тарифы были с превышением инфляции. Нужно говорить объективно: на сегодняшний день в Саратове самый низкий тариф на водоотведение в России и один из самых низких на воду. К сожалению, финансирование инвестпрограммы почти целиком завязано именно на индексации тарифов.

Больше проверок:  Проверки запланированы на 2023 год официальный сайт прокуратуры

Если говорить о качестве воды, на ваш взгляд, требует ли оно улучшения? Изменилась ли как-то технология подготовки воды по сравнению с МУППовской?

— Нынешние очистные сооружения позволяют получать воду, соответствующую СанПиНу. Я сам, когда приезжаю на водозабор, всего пью воду — она хорошая, как бутилированная, вопросов к этому нет. Что касается качества воды у конечного потребителя, чаще всего жалобы поступают в тупиковых сетях. Чтобы качество воды было приемлемым, сети должны быть закольцованы. Пока же нам приходится заниматься промывкой тупиков — открываем пожарные гидранты и вымываем грязь. Основная проблема качества воды в Саратове — это вторичное загрязнение в связи с высоким износом трубопроводов. Снова мы возвращаемся к вопросу устранения аварий и перекладки сетей.

Два года мы не занимались вопросом качества. Сейчас мы делаем ТЭО, задача которого в том числе — создание системы повторного использования воды. Сейчас такой возможности у водозаборов нет, всю грязную воду мы просто сливаем в канализацию — а это 10% ресурса. На ВК-3 мы планируем смонтировать новую установку хлораммонизации, которая позволит проводить обеззараживание более щадящим методом: доза хлора в 2 раза уменьшится, а его растворимость увеличится. Не будет необходимости дохлорировать с учетом протяженности сетей. Остаточный хлор будет дольше оставаться в сетях и не доходить до конечных потребителей.

Принципиальное изменение самой технологии очистки воды возможно только после разработки проекта. Когда-то это планировалось — пятая очередь ВК-3. Это уже отдельный инвестиционный проект, который возможен, скорее всего, только за счет бюджетных средств. Потому что перекладывать на потребителя несколько миллиардов нереально. Наше дело — разработать проектно-сметную документацию, чтобы концедент — администрация города Саратова смог принять участие в федеральных программах.

Много в свое время пугали коллапсом из-за того, что заканчивается ресурс у городской станции аэрации.

— Ресурс не заканчивается, но изменилось законодательство, регламентирующее процессы очистки стоков Городской станции аэрации и их дальнейший сброс в русло реки Волга. По сути станция выполняет тот же процесс очистки, что и раньше, но мы должны привести его в соответствие с современными требованиями. В рамках инвестпрограммы мы делаем корректировку, увеличиваем объем финансирования реконструкции с 568 млн до 1,4 млрд рублей. В этом году выполняем работы над так называемой биологической частью, впереди – работы над блоком вспомогательных сооружений, ультрафиолетовое обеззараживание, цех механического обезвоживания осадков. Но нужно понимать, что на все это не хватит денег инвестпрограммы, необходимо привлекать еще и бюджетные средства.

Что касается мощности станции, по советскому проекту шесть аэротенков были рассчитаны на 600 тысяч кубометров. Сейчас поступает в 3 раза меньше. Более того, когда мы вывели из эксплуатации два аэротенка, очистка стоков стала более эффективной. Так что советского запаса хватит как минимум лет на 30.

Журавлев Сергей Александрович окончил Омский государственный университет по специальности “Финансы и кредит” и Академию народного хозяйства при правительстве РФ (специализация “Предпринимательство и управление компанией”, программа MBA). Кандидат экономических наук.

С 2010 по 2014 год работал генеральным директором “Оренбург Водоканала”, в 2014-м был назначен руководителем водоснабжающей организации “РВК-Воронеж” (обе компании входят в ГК “Росводоканал”). С 2015 по 2016 годы руководит энергетической компанией “АтомСбыт” (Воронеж), в 2017-2019 годы — заместитель руководителя Департамента жилищно-коммунального хозяйства и энергетики Воронежской области. В ноябре 2019 года назначен директором “Концессии водоснабжения – Саратов”.

Массовые отключения воды в Саратове. «КВС» опубликовали полный список объектов

Фото архив ИА «Свободные новости»

ООО «КВС» опубликовало на своем сайте подробный список объектов, которые попадают под масштабные отключения холодной воды в Саратове.

Завтра, 21 июня, с четырех утра в городе начнутся перенесенные ранее плановые работы на водопроводе, из-за которых коммунальщики ограничат подачу холодной воды жителям Ленинского, Кировского, Волжского и Саратовского районов. Восстановить водоснабжение «КВС» планируют только к трем часам ночи 23 июня.

Ограничение подачи холодной воды абонентам Ленинского, Кировского, Волжского и Саратовского районов, – напомнили в «КВС». – В зону ограничения подачи холодной воды попадают следующие микрорайоны и поселки:

– Ленинский район за исключением: 2-й, 3-й, 4-й Дачных, микрорайон «НИИ Юго-Восток», улицы Ипподромная, Куприянова, Шехурдина, №№ 1-39;

– Волжский район: микрорайоны «Совхоз «Комбайн», «Русинвест», «Сосновый парк», «Сосенки», «Совхоз ЦДК», поселки Юбилейный, Зональный, микрорайоны «Иволгино», «Образцово», «Зеленая долина», «Изумрудный», «Березки», «УПТК»;

– Саратовский район: поселки Дубки, Зоринский, Расково, хутор Бартоломеевский, поселки Латухино, Малая Скатовка, Сторожевка, Соколовый.

Почему передача городского водопровода в концессию не избавила саратовцев от регулярных перебоев с водоснабжением

На фоне непрекращающихся аварий и отключений холодной воды ООО «КВС» скрывает свои обязательства по концессионному соглашению. И есть из-за чего.

Уже много лет практически каждый день ленты саратовских СМИ не обходятся без сообщений о том, что на городском водопроводе произошла авария, в связи с чем, где-то в Саратове столько-то тысяч жителей опять остались без холодной воды. Ещё ныне покойный экс-градоначальник Олег Грищенко сравнивал происходящее с фронтовыми сводками, жалуясь на то, что «износ сетей составляет более 80%, а срок службы некоторых коммуникаций вообще уже исчерпан».

Решение проблемы, с которой ежедневно сталкиваются сотни и тысячи горожан, мэрия видела в передаче МУПП «Саратовводоканал» в концессию частному инвестору, который, как говорится, придёт и порядок наведёт. «Концессия в существующих условиях – объективно наиболее подходящий вариант, который позволит разработать четкий и внятный план развития системы водоснабжения. В противном случае, «Саратовводоканал» мы просто потеряем», – прогнозировал Грищенко.

Таким инвестором не без приключений в итоге стала УК «Лидер», которую считают близкой к «другу Путина» Юрию Ковальчуку. Концессионное соглашение её «дочкой» ООО «Концессии водоснабжения – Саратов» было подписано со второй попытки в конце ноября 2017 года, уже при нынешнем главе города Михаиле Исаеве. Фирме доверили эксплуатировать свыше 1,5 тысяч километров водопроводных труб, 890 километров сетей водоотведения, а также 99 водопроводных и канализационных насосных станций, за которые ранее отвечал «Саратовводоканал». В зоне ответственности муниципального предприятия осталось лишь обслуживание фонтанов, а также лаборатории по контролю за состоянием питьевой воды и стоков.

«Муниципалитет видит в заключении концессионного соглашения немалые плюсы: будет проведена реконструкция не только головных сооружений водопровода, но и станции аэрации, насосных станций. Кроме того, мы ожидаем, что привлечение частных инвестиций повлечет за собой строительство новых и модернизацию уже имеющихся магистральных, разводящих и квартальных сетей водоснабжения и водоотведения. Мы рассчитываем, что основным результатом концессионного соглашения станет снижение потребления электроэнергии и, самое главное, снижение количества аварий на коммуникациях, а значит – снижение потерь воды», – комментировал приход концессионера Исаев.

В свете этого весьма символично, что уже через три месяца, в начале марта 2018 года, на саратовском водопроводе произошел один из крупнейших за последние годы инцидентов – из-за прекращения работы насосной станции «Вольская» без холодного водоснабжения почти на целый день остались около 225 тысяч жителей (причем не только областного центра, но и близлежащих поселков Саратовского района).

Впрочем, дело в тот раз было не в износе оборудования или дырявых трубах, а в раздолбайстве: сообщалось, что виновниками аварии стали рабочие, которые повредили питавший насосы электрический кабель в ходе проводимых вблизи станции вскрышных работ, в результате чего агрегаты были обесточены.

И если в данном случае особые претензии к «КВС» вряд ли справедливы (компания, в конце концов, только зашла на хозяйство), то вот о дальнейшей работе концессионера этого сказать никак нельзя – некоторые подвижки в лучшую сторону, может, и есть, но с точки зрения простого саратовца они как-то не слишком заметны. Особенно на фоне того, что спустя уже более трех лет после заключения концессионного соглашения, в ночь на 25 февраля 2021 года, на городском водопроводе случилась авария, которая по своим масштабам оказалась беспрецедентной даже по саратовским меркам (её даже называют крупнейшей за всю постсоветскую историю).

Согласно данным МЧС, без холодной воды в тот день остались более 2,7 тысячи домов или половина жителей областного центра – около 424 тысяч человек во всех районах города. Ничего подобного в Саратове не было как минимум за последнее десятилетие. В довесок к этому, сотни домов и ряд учреждений соцсферы из-за прекращения водоснабжения котельных лишились еще и отопления, а также горячей воды. И все это в 20-градусный мороз за окном.

Хотя утром коммунальщики оптимистично утверждали, что «водопроводный комплекс полностью вошёл в штатный режим», и что вода в кранах большинства саратовцев должна появиться «ориентировочно» к часу дня, устранение последствий аварии потребовало на самом деле значительно больше времени. Ближе к обеду крайний срок возобновления холодного водоснабжения основных потребителей перенесли на шесть вечера, котельные же было запланировано запустить к 19.00. «К полуночи аварийная ситуация должна быть полностью ликвидирована», – обещали в мэрии.

Несмотря на это, в канун дедлайна без холодной воды продолжали оставаться 246 многоквартирных домов и еще две тысячи частных домовладений в Ленинском районе, в 178 многоэтажках отсутствовала горячая вода. Локальные проблемы с водоснабжением из-за промерзания коммуникаций имели место и на следующий день, об окончательном устранении последствий аварии мэр Саратова Михаил Исаев объявил только вечером 26 февраля. «Почти двое суток ремонтные бригады работали без перерыва на сон и отдых», – отметил глава города, принося жителям свои извинения за доставленные неудобства.

По иронии судьбы, все это происходило на фоне очередного рабочего визита в Саратов председателя Госдумы Вячеслава Володина, так что наш великий земляк смог в который раз воочию убедиться, что дела в его родном регионе идут не слишком хорошо. Комментируя происходящее, Володин высказал мнение, что соответствующие службы отреагировали слишком медленно. «Инициируйте в любом случае расследование аварии. Виновные должны понести наказание. Если это халатность – за халатность, если что-то другое – пускай отвечают», – подчеркнул спикер ГД.

Поиск виноватых действительно начался, по результатам прокурорской проверки, Следственный комитет вскоре даже возбудил уголовное дело по статье об оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей (ст. 238 УК РФ). Его фигурантами стали неназванные должностные лица ООО «Концессии водоснабжения – Саратов» и ПАО «Т Плюс» (теплоэнергетики попали под раздачу из-за вынужденной остановки котельных).

Непосредственной причиной аварии, по версии следствия, могло стать отсутствие отопления (в том смысле, что его там не было в принципе – ред.) в помещениях насосной станции, в результате чего из-за воздействия низких температур случилось последовательное разрушение 13-и запорных арматур (т.е. задвижек). Затем произошло переполнение дренажной системы, и было принято решение об остановке станции.

Учитывая явную натянутость обвинения, крайне сомнительно, что дело не развалится и завершится для сотрудников «КВС» какими-либо санкциями – отключение воды на целый день – это, конечно, очень неприятно, но вряд ли следствие имеет хоть одного потерпевшего, получившего в результате этого доказанный вред здоровью. А даже если какому-то «стрелочнику» и вынесут приговор, то качество водоснабжения саратовцев от этого, очевидно, никак не улучшится.

Что действительно может помочь, так это пересмотр действующего концессионного соглашения в сторону увеличения объема инвестиций в инфраструктуру. Договор с «КВС» был заключен на срок до 2045 года, то есть на 28 лет. За это время концессионер пообещал вложить в переданный ему саратовский водопроводный комплекс порядка 13,44 миллиарда рублей, говорится на сайте мэрии.

Много ли это? Сама по себе сумма по провинциальным меркам достаточно внушительна – она сопоставима с половиной годового бюджета Саратова (в 2020 году его размер составлял 21,57 миллиарда рублей). Однако если принять во внимание что деньги «размазываются» почти на три десятка лет, то картина представляется далеко не такой радужной – получается около 480 миллионов рублей в год.

Для сравнения, это чуть менее чем две велодорожки, аналогичные проложенной к Парку покорителей космоса под Энгельсом (которую размыло еще до открытия). Или примерно 0,6 стоимости затянувшейся реконструкции саратовского цирка. Или около 0,4 от расходов на содержание областного правительства, запланированных в 2021 году.

Больше проверок:  Годовой план аудита на 2023 год и бизнес-аудиты в 2023 году

Так что вот вам лайфхак: если разогнать всех обитателей Московской, 72 во главе с Валерием Радаевым, присоединив наш регион к какой-нибудь Самаре, то на сэкономленные деньги можно минимум утроить темпы ремонта и прокладки новых труб в Саратове.

Это, впрочем, не точно. Как известно, обещать – не значит инвестировать, и реальные расходы «КВС» на исполнение концессионного соглашения особо не афишируются. Следует иметь в виду, что указанная выше сумма в 13 миллиардов за 28 лет – это, говоря юридическим языком, «предельный размер расходов на создание и реконструкцию объектов имущества, которые предполагает осуществить концессионер».

Кстати, изначально ООО «КВС» обещало вложить в систему водоснабжения и водоотведения Саратова существенно больше – более 18 миллиардов рублей. Однако соглашение с такими условиями, подписанное в октябре 2016 года, было расторгнуто по предписанию антимонопольной службы из-за жалобы проигравшего участника конкурса – ООО «Новая городская инфраструктура Прикамья» из Перми (дочерняя структура ГК «Российские коммунальные системы»).

Повторный конкурс с участием этих же фирм прошел в следующем году. В новой заявке ООО «КВС» указало предполагаемые инвестиции в размере 12,5 миллиарда рублей (7,08 миллиарда на ремонт и модернизацию системы водоснабжения, а также 5,44 миллиарда на канализацию). Пермские коммунальщики обещали инвестировать почти в два раза больше – в общей сложности 23,34 миллиарда рублей.

Тем не менее, предпочтение было отдано «КВС». Окончательная судьба концессии решалась по итогам сравнения всего одного показателя – размера дисконтированной выручки, который рассчитывала специальная программа (грубо говоря, речь идет об общей стоимости всех услуг потенциального концессионера для потребителей и концедента).

Так вот, расчетная выручка «КВС» за время концессии составила 19,573 миллиарда рублей, что лишь на 447,5 миллионов меньше, чем у конкурента. Но все-таки меньше (на 2,28%), так что формально предложение, несмотря на колоссальное отставание по объему планируемой инвестиционной программы, было более выгодным, вследствие чего компания снова одержала победу в конкурсе.

Нам же остаётся лишь с недоумением развести руками, а также задать пару вопросов. Насколько принятое решение справедливо и соответствует интересам жителей Саратова? И не могла ли тут иметь место коррупционная составляющая?

К слову, председатель совета директоров «Российских коммунальных систем» Григорий Терян дал весьма красноречивую оценку саратовским реалиям, комментируя первую схватку за концессию «Саратовводоканала».

«Оглядываясь на эти все перипетии, я могу сказать, что такого множества удивительных вещей при проведении конкурса я еще нигде не встречал», – жаловался топ-менеджер.

Так или иначе, концессионное соглашение с «КВС» окончательно заключили. Было объявлено, что в соответствии с инвестиционной программой в первые три года (т.е. в 2018-2020 годах) концессионер вложит в ремонт и модернизацию водопроводной инфраструктуры 6,264 миллиарда рублей – около половины всех запланированных до конца концессии инвестиций.

Случилось ли это в реальности, есть серьезные сомнения. В ходе расследования причин упомянутой ранее февральской аварии выяснилось, что на насосной станции водопроводного комплекса №3, где она произошла, вышеуказанной инвестиционной программой была предусмотрена комплексная модернизация. В числе прочего, планировалось заменить те самые злополучные задвижки, однако этого сделано не было.

В соответствующем разделе на сайте администрации Саратова опубликован только один акт о результатах контроля над исполнением концессионером своих обязательств – по итогам 2018 года (сама проверка проходила осенью 2019-го). В документе говорится, что ООО «КВС» в рамках выполнения инвестпрограммы заключило договоры в общей сложности на 3,993 миллиарда рублей, при этом было выполнено работ на 943,2 миллиона рублей (из которых оплачено 616,5 миллиона).

Не добавляет доверия к преемнику «Саратовводоканала» и явное стремление скрыть от общественности содержание концессионного соглашения. Очевидно, что речь идет об общественно значимой информации, которая должна быть опубликована в открытом доступе для всех желающих.

Вместе с тем, на сайте концессионера доступен для скачивания и ознакомления только базовый 24-страничный текст соглашения без приложений. Приложения же к данному документу – более 500 страниц, где и содержится наиболее интересная информация – ранее были размещены и запакованы в отдельный зашифрованный архив, для открытия которого необходимо ввести пароль.

Мы направили в «Концессии водоснабжения – Саратов» запрос с просьбой предоставить доступ к этому архиву, однако директор компании Сергей Журавлев отказался говорить пароль (после чего архив пропал с сайта «КВС»), отфутболив нас на сайт мэрии, где концессионное соглашение якобы опубликовано в полном объеме. Проблема в том, что никакого соглашения на официальном сайте администрации Саратова не оказалось – вместо окончательной версии документа там выложена предконкурсная заготовка, ещё не заполненная информацией о фирме-победителе и предложенных ею условиях. Актуальный текст получилось достать только через запрос в пресс-службу мэрии.

Отсутствие для подавляющего большинства саратовцев возможности узнать во всех подробностях об обязательствах ООО «КВС» перед городом, между тем, не освобождает граждан от обязанности регулярно оплачивать счета за воду. И счета эти после начала концессии заметно выросли: тариф на холодную питьевую воду увеличился с 19,73 рубля за кубометр в 2016 году до уровня 26,02 рубля за кубометр в 2021-м, то есть почти на 32%.

На днях стало известно, что в запасе у концессионера есть и еще один способ «привлечь» дополнительное финансирование. ООО «КВС» 13 апреля заявило в Арбитражный суд Саратовской области иск к «Саратовводоканалу» на более чем 585 миллионов рублей (а общая сумма исковых требований, указанная в карточке арбитражного дела, и вовсе достигает 599,4 миллиона). Предварительное заседание по делу назначено на 18 мая.

В пресс-службе «КВС» сообщили, что речь идет о задолженности за электроэнергию, право взыскания которой ещё в апреле 2018 года по договору цессии уступило ПАО «Саратовэнерго». Долг перед энергетиками образовался в 2015-2016 годах и первоначально составлял 639 миллионов. Следует отметить, что «Саратовводоканал» постепенно погашал его и без судов – по состоянию на начало марта муниципальное предприятие выплатило 53,5 миллиона рублей, однако «КВС» этого оказалось мало.

Весьма вероятно, что разница в 14 миллионов рублей между ценой иска и суммой в карточке дела представляет собой неустойку, которую водопроводный концессионер намерен получить со своего предшественника, ради чего и затевалась переуступка долга. Если это действительно так (а какие еще могут быть объяснения, зачем потребовалось приобретать чужой долг?), то действия «КВС» выглядят довольно циничными, ясно давая понять, что такое модное в корпоративном пиаре понятие как социальная ответственность у компании далеко не на первом месте.

Очевидно, что в случае проигрыша – а шансы выиграть у «Саратовводоканала» едва ли имеются – муниципальное предприятие не сможет самостоятельно просто так расплатиться с более чем полумиллиардным долгом (по итогам прошлого года его выручка составила 41 миллион рублей), и само выживание МУППа окажется под угрозой.

В итоге бремя громадной задолженности, которую необходимо погасить в сжатые сроки под угрозой уголовного дела за неисполнение судебного решения, судя по всему, окажется на муниципальном бюджете, так как учредителем «Саратовводоканала» является городской комитет по управлению имуществом. Комментируя вероятность подобного сценария, пресс-секретарь главы города Татьяна Плющева сказала, что это «возможно только в рамках процедуры банкротства, если судом будет доказана вина учредителя в этом».

Отвечая на многочисленную критику, в пресс-службе ООО «КВС» подчеркивают, что с начала концессии была проделана значительная работа, достигнуты определенные успехи, однако ситуация по-прежнему тяжелая – все, дескать, упирается в недостаток средств из-за неадекватно низких тарифов и плохой платежной дисциплины потребителей.

«Построены несколько десятков километров сетей по инвестиционной и производственной программам (только в 2020 году – порядка 30 километров). Использованы современные полимерные трубы, отвечающие всем нормативным требованиям, неподвластные коррозии и имеющие большой гарантийный срок эксплуатации – не менее 50 лет, который закончится значительно позже завершения концессионного проекта. Однако даже такой объем перекладки, которого областной центр не видел уже много лет – это, по сути, «капля в море», с учетом общей протяженности коммуникаций города. Если вытянуть все это водопроводно-канализационное хозяйство в один большой трубопровод, то его вполне можно разместить между Саратовом и, к примеру, Римом», – отмечают в компании.

Концессионер признает, что «до полного ухода от высоких показателей аварийности еще очень далеко», но прогресс есть – так, за неделю с 5 по 12 апреля предприятием было ликвидировано 78 протечек, из них только в 12-ти случаях потребовалось ограничение холодного водоснабжения.

«Это определенно лучше двухсот выявленных утечек в день в самом начале концессии», – считают в «КВС».

Спорить с данным утверждением действительно сложно, чего не скажешь о жалобах на низкие тарифы и платежную дисциплину. Если у вас не хватает оборотных средств на нормальную деятельность, может быть, не следовало претендовать на концессию, весь смысл в которой в том, что сначала инвестиции, а уже потом окупаемость? И если саратовские тарифы такие плохие, а потребители недобросовестные, то зачем вы два года грызлись за этот рынок?

После ознакомления с некоторыми целевыми показателями концессионного соглашения возникает стойкое ощущение, что одна из основных причин имеющихся проблем даже не столько в отсутствии денег на модернизацию сетей (более щедрый инвестор был, но его «прокатили»), сколько в том, что никто из коммунальных дельцов на самом деле просто не хочет ничего по-настоящему менять.

Летом прошлого года директор ООО «КВС» Сергей Журавлев хвалился в интервью, что показатель количества аварий на километр водопровода сейчас в два-три раза лучше, чем требуется по условиям концессии. Плановый показатель на 2018 год был установлен в 2,93 аварии на километр сети, в 2019 и 2020-м на уровне чуть менее 1,9 аварии на километр. Фактически же, по его словам, количество аварий было 0,9 в 2018 году, в 2019-м – 0,8 аварии, в 2020-м – в пределах 0,7-0,8 аварии на километр.

Казалось бы, нужно радоваться, выдающееся достижение. Только вот в этом же интервью Журавлев признавал, что по аварийности на водопроводных сетях Саратов на последнем месте в ПФО. Иными словами, нашему концессионеру задана настолько низкая планка, что в норматив с запасом укладывается даже нынешняя разваливающаяся на глазах инфраструктура.

Причем вы будете смеяться (нет), но запаса этого хватит до самого конца концессии. Немного «поджимать» начнет только в последние два года (в 2044 и 2045 годах!!!), когда целевое количество аварий на километр сетей опустится ниже единицы, до уровня 0,97 и 0,93 соответственно.

Еще один ключевой показатель, характеризующий работу концессионера – объемы потерь воды. В доконцессионные времена, как говорят, утекало через дырявые трубы или разворовывалось более 50%(!). Соглашение предусматривает снижение потерь до 25% уже к текущему году, после чего никаких дальнейших снижений не требуется вплоть до самого конца.

Тут, правда, нужно сделать уточнение – снижение потерь воды до нуля едва ли возможно в принципе, да и не имеет особого экономического смысла. Теперь уже бывший гендиректор «Саратовводоканала» Виктор Рябов в свое время оценивал порог рентабельности борьбы с утечками в 12%. Тем не менее, четверть потерянного ресурса хоть и гораздо лучше, чем половина, но все равно явно очень далеко от оптимальных значений.

Так что гражданам – даже тем, у кого есть шанс застать в России другого президента – вряд ли стоит рассчитывать на то, что жизнь в прекрасном Саратове будущего в плане качества холодного водоснабжения будет существенно комфортнее, чем сейчас.

Ведь саратовские власти пока даже и не пытаются привести городской водопроводный комплекс в идеальное состояние.